ГЛАВА 13
Единство в многообразии


Связаны ли культуры между собой? Отзывчивы ли они по отношению друг к другу? Если культуры непроницаемы, как утверждают многие культурфилософы, значит, они развиваются автономно. Следовательно, множество культурных миров складываются сами по себе и не устремляются в единое, культурное русло. Тогда бессмысленно говорить о человечестве как универсальном понятии. Разнообразие культур и цивилизаций не образует планетарного единства. Так представляют себе соотношение культур одни теоретики и философы.

Однако возможен и иной взгляд на множество культур. Да, они уникальны, но это вовсе не означает, будто они отгорожены друг от друга. Напротив, эти культурные миры тяготеют к единству. Возможно, образцом для них окажется какая-то культура, обладающая наиболее значительным совокупным опытом? А может быть, родится некий культурный синтез. Человечество, встав на путь универсализма, создает всепланетную культуру.

Данная проблематика выражена в оппозиции партикуляризма и универсализма.


Практика культурной обособленности

Партикуляризм - мировоззренческая установка на разъединение культур, практика культурной обособленности. Н.А. Бердяев отмечал, что "партикуляризм свойствен был всему древнему миру". Существовало множество культурных миров, возникавших в веках на территории от Китая до Европы. Древние мифологические культуры были как бы контроверзой осевому времени. Иначе говоря, стремление создать определенную синхронистическую таблицу, которая охватывала бы тысячелетия, не имела успеха. Линии развития культур расходятся. Как писал К. Ясперс: "Если вначале они казались тремя путями, направленными к одной цели, то в дальнейшем они становятся совершенно чуждыми друг другу".

В качестве мировоззренческой основы партикуляризма выступает представление о стадиальности развития культур при

208

несовпадении ее этапов. Вот почему культуры "не слышат" друг друга. Они развиваются не параллельно, а в обособицу. Немецкий историк древнего мира Эдуард Мейер (1855-1930) в своем главном пятитомном труде "История древности" рассматривал историю возникновения древневосточных цивилизаций. Он утверждал, что культуры переживают периоды развития, кульминационного пункта расцвета, затем умирания и падения. По мнению Мейера, в древнем мире были такие великие культуры, по сравнению с которыми последующие времена представляют собой лишь возврат к прошлому. Например, он считал, что древняя культура Вавилона была совершенной и во многих отношениях она не уступает европейской, точнее западной культуре XX столетия.

В своей "Истории" Э. Мейер исходит из универсально-исторической трактовки отдельных больших эпох всемирной истории. Он объявил всякую теорию общества "антропологией", а ее центром - групповые объединения. Группы каждой стадии он хочет рассматривать как "государство", и с этим связывает свой вывод из специфически немецкого политического мышления. Всеобщая универсальная история для Э. Мейера - это развитие Европы. Он соотносит современный западный мир с антично-средиземноморским.

Идеи Э. Мейера в известной мере разделяет и Э. Трельч. В частности, он подчеркивает, что "Запад, Ближний и Дальний Восток, культурные народы, народы с неполностью развитой культурой и примитивные народы настолько различны, что об общем содержании культуры современного человечества речь вообще не может идти, сколь ни повсеместно распространены некоторые общие и формальные понятия человеческого достоинства, справедливости, чистоты и добра. Они не составляют смысл общего культурного единства и именно поэтому слишком часто ограничены в своем признании и осуществлении сферой собственной культуры и общества, так называемой внутренней моралью". И далее: "Сам по себе круговорот культур возможен, как и расцвет и упадок великих народов и культурных циклов, а также редкие, преходящие взлеты культур".

И все-таки даже внутри европейского мира, который рассматривался названными исследователями как модель всего человечества, культурные космосы не составляли вселенскости. Палестина была национально обособленной. Партикулярным был

209

еврейский культурный дух. В античной философии оправдание партикуляризма, нападки на космополитизм находим у Платона и Аристотеля. Так, в "Государстве" Платон саркастически восхваляет Афины за их стойкую ненависть к варварам. Варвары и рабы оценивались как представители иной культуры, чуждой господствующей. Другие народы, "варвары" не воспринимались как идентичные грекам. "Пайдейя" (образованность) мыслилась как родовой признак человечества, в лоно которого могли войти не все народы.

С точки зрения идеи партикуляризма, не только сами культуры, но в целом культурные эпохи, представлялись как совершенно автономные, имеющие самостоятельное культурное ядро. После распада утонченной эллинистической культуры и разрушения ценностей древнего мира в процессе варваризации стало очевидно, что культура, как бы она ни была целостна и могущественна, переживает моменты зарождения, расцвета, угасания и смерти.

Были признаны различными не только культурные типы древнего мира. Стадии одной и той же культуры являли собой совершенно необычные и уникальные духовные космосы. Партикуляризм обосновывался тем, что в истории одновременно сосуществуют разные культуры, которые находятся на разных стадиях собственной летописи. Так, в начале образования средневекового мира возродилась древняя борьба племен и рас.

На протяжении многих веков партикуляристское сознание противопоставляло Запад и Восток как совершенно обособленные миры. Представление о противоположности Востока Западу, появившееся в античную эпоху, в течение веков обрастало множеством стереотипов, по поводу различных сторон жизни азиатских народов: политического строя, этики, психического склада, искусства, эстетики, мировоззрения. В различные этапы истории Европы они приобретали различную идеологическую и эмоциональную окраску в зависимости от характера отношений между западными и восточными странами.

По мнению Гегеля, интеллектуальное достояние человека постоянно изменяется, оно является частью общего социального наследия. Соответственно, развитие разума человека должно совпадать с историческим развитием его общества, т.е. нации, к которой он принадлежит. Он рассматривал Китай, Индию и Западный мир как диалектическую последовательность в

210

развитии мирового духа. Однако находились такие мыслители, которые возражали Гегелю: все, что близко друг другу в духовном отношении, не входит в единый исторический процесс. Оппоненты Гегеля указывали, что между ступенями развития указанных Гегелем стран нет того реального соприкосновения, которое мы обнаруживаем в истории Западного мира.

Далеко не всегда идея партикуляризма опровергает тезис о единстве человечества. Порой отмечалось, что это понятие бессмысленно, бессодержательно и в силу дробности мира. Философы, в частности Ф. Ницше, предпочитали говорить о европейском человечестве. С другой стороны, предполагалось также, что общность человечества не исключает разнородных культурных миров. Она составляет некую мозаику, не перерастающую в универсализм. Так, К. Ясперс, поборник универсализма, отмечал, что можно отвергать именно последовательность развития от Китая к Греции - ее не было ни во временном, ни в смысловом аспекте. По мнению Ясперса, там имело место параллельное существование в одно и то же время и без взаимодействия, т.е. многообразие одного и того же в трех образах, три различных исторических корня.

В отличие от сторонников универсализма, которые в многообразии видят преходящий момент, партикуляристы полагают, что целое всегда состоит из многообразия. Именно так считали славянофилы, представители одного из течений русской общественной мысли середины XIX в. Они выступили за принципиально отличный от западноевропейского путь развития России на основе ее самобытности.

В то же время появились и более последовательные историософские концепции, исходившие из идеи партикуляризма. Н.Я. Данилевский в работе "Россия и Европа" утверждал, что Россия и Европа принадлежат к различным историко-культурным типам. Он выдвинул свою теорию структуры и динамики "культурно-исторических типов" для того, чтобы объяснить гораздо более узкую проблему: почему Европа (Запад) враждебно относится к России? Эта враждебность сохранялась, несмотря на большие жертвы и услуги, которые Россия оказывала Европе. Россия никогда не нападала на Европу, Европа же неоднократно вторгалась в Россию, вынуждая ее защищаться и изгонять агрессора.

Во всяком случае Данилевский не видит рациональной основы для враждебности Европы по отношению к России. Причину

211

он усматривает в том, что Россия и Европа принадлежат к различным историко-культурным типам. Европа - это поприще романо-германской цивилизации, которая была одной из нескольких великих цивилизаций в человеческой истории. Отождествление европейской цивилизации со всемирной основано, по мнению Данилевского, на точке зрения, рассматривающей лишь одну цивилизацию как прогрессивную и созидательную в противовес остальным, статическим и несозидательным. Такая точка зрения, считает Данилевский, явно ошибочна, как ошибочно разделение истории на древнюю, средневековую и новую.

Падение Римской империи в 476 г., событие, ознаменовавшее конец древней истории и начало средневековья, имело значение для Европы, но отнюдь не для Китая, Индии и остальной части человечества. По Данилевскому, Рим, Греция, Индия, Египет и другие культуры имели свой древний, средневековый и современный периоды. Существует множество цивилизаций, которые все вместе являются выражением бесконечно богатого творческого гения человечества. Каждая из них возникает, развивает свои собственные морфологические формы и ценности, а затем погибает, унося их с собой.

Все народы (как уже говорилось) Данилевский разделяет на три основных класса: позитивных творцов истории, создавших великие цивилизации, или культурно-исторические типы; негативных творцов истории, которые, подобно гуннам, монголам и туркам, не создавали великих цивилизаций, но как "божий кнут" способствовали гибели дряхлых умирающих цивилизаций; и, наконец, народов, творческий дух которых по какой-то причине задерживается в своем развитии на ранней стадии. Они представляют собой этнографический материал, используемый творческими народами для оплодотворения и обогащения своих цивилизаций, поскольку не могут стать ни созидательной, ни разрушительной силой в истории.

Создать великие цивилизации и стать "культурно-историческими типами" смогли лишь немногие народы. Данилевский насчитывает десять таких цивилизаций: египетскую, ассирийско-вавилоно-финикийско-халдейскую (древнесемитскую), китайскую, индийскую, иранскую, еврейскую, греческую, римскую, новосемитскую (аравийскую), романо-германскую (европейскую). Две цивилизации - мексиканская и перуанская - погибли насильственной смертью на ранней стадии развития.

212

Третий период - расцвет - представляет собой полное развитие творческого потенциала и реализацию идей справедливости, свободы, мудрости, социального и индивидуального благополучия. Этот период заканчивается тогда, когда оказываются исчерпанными все творческие силы цивилизации. Нация окаменевает, становится нетворческой и дезинтегрирует, раздираемая внутренними противоречиями. Первый и второй периоды могут длиться очень долго, последний же обычно бывает коротким и продолжается в среднем 400- 600 лет. Упадок наступает несколько раньше, чем это можно наблюдать. Так, упадок европейской цивилизации начался уже в XVIII в., однако явные признаки этого проявились лишь в XIX в., в зените расцвета европейской цивилизации.

Большинство цивилизаций созидательно не во всех, а только в одной или нескольких областях деятельности. Так, греческая цивилизация достигла непревзойденных высот в эстетической области, семитская - в религиозной, римская - в области права и политической организации.

Данилевский видит причины враждебного отношения Европы к России и славянству в том, что Европа уже вступила в период упадка, в то время как славянская цивилизация входит в период расцвета своих творческих сил. Если европейская цивилизация оказалась двухсоставной - творческой в двух областях: политической и научной, то русско-славянская будет трех- или даже четырехсоставной - творческой в четырех областях: религиозной, научной, политико-экономической и эстетической, причем, главным образом, в области социально-экономической путем создания нового и справедливого социально-экономического порядка.

Идеологию партикуляризма можно обнаружить также в концепции евразийства. Идея евразийской, особой сущности России, присутствует в общественном сознании несколько столетий. П.Я. Чаадаев писал: "Дело в том, что мы никогда не шли вместе с другими народами, мы не принадлежим ни к одному из известных семейств человеческого рода, ни к Западу, ни к Востоку и не имеем традиций ни того, ни другого". Западничество евразийцы считали чуждым для России.

Н.С. Трубецкой, признанный ведущим теоретиком евразийства, утверждал, что национальным субстратом российского государства является совокупность населяющих его народов, называемая евразийской, - единая многонациональная нация. При

213

этом он подчеркивал исключительность, неповторимость российской культуры, которая является евразийско-русской: "Культура России не есть ни культура европейская, ни одна из азиатских, ни сумма или механическое сочетание из элементов той и других... Ее надо противопоставить культурам Европы и Азии как срединную, евразийскую культуру".

214



Купить BlueTooth гарнитуру

Яндекс цитирования Rambler's Top100
Tikva.Ru © 2006. All Rights Reserved