И.М. Кисенишский
Дело Шейхона А.Д.1

(тенденциозное следствие)
(1991)

Товарищи судьи!

Судебные прения подходят к концу. Вы. внимательно слушали соображения представителя государственного обвинения, не первый день вы слушаете представителей защиты.

Идет трудный, сложный, ответственный процесс искания истины, от которого зависит судьба людей и высокий авторитет правосудия.

Совершенно очевидно, что объективность, обоснованность и правильность выводов и оценок в значительной мере зависят от объективности оценок, соображений представителей обвинения и защиты, ибо сложный процесс поиска истины только тогда может увенчаться успехом, когда спокойно и непредубежденно будут рассмотрены и оценены мнения и соображения сторон, усилия которых направлены к тому, чтобы был вынесен правосудный и справедливый приговор.

354

О важности участия защиты в процессе вообще и в настоящем деле в частности свидетельствует то обстоятельство, что во время судебных прений был уже поставлен перед вами ряд чрезвычайно важных, сложных и актуальных вопросов, без правильного разрешения которых невозможно вынести законный и справедливый приговор.

К числу таких вопросов относятся, например, такие, как вопрос о надлежащем определении масштаба настоящего дела и его социальном значении, о степени участия подсудимых в преступлениях и индивидуализации их ответственности и вины. Перед вами уже ставились серьезные правовые вопросы - о юридической квалификации действий подсудимых, характере субъективной стороны, степени конкретного участия каждого подсудимого в противоправных действиях, мотивах определенного поведения подсудимых и ряд других важных вопросов.

Без всестороннего решения всех этих вопросов нельзя вынести справедливый и правосудный приговор, от которого требуется объективность, точность, абсолютная правовая безупречность и справедливость! <...>

Однако далеко не каждое дело демонстрирует собою именно такую тенденцию, отнюдь не каждое следственное дело дает такую процессуальную модель. К сожалению, мы встречаемся на практике с другой тенденцией, подчас с неправильным пониманием задач по усилению борьбы с преступностью. Призыв к усилению этой борьбы воспринимается как непременное усиление репрессий, как ослабление к требованию неукоснительного соблюдения начал законности. Неминуемым результатом такого понимания указанной задачи будет тенденциозный подход к решению доказательственных и правовых проблем, искажение действительной социальной и юридической картины дела, несостоятельность фактических и правовых решений. <...>

Генеральный Прокурор СССР прямо сказал на июльской сессии Верховного Совета СССР: "Активная борьба с преступностью неотделима от строжайшего соблюдения законности. Прокуратура принимает и будет принимать настойчивые меры к обеспечению неприкосновенности личности, неуклонному соблюдению требований закона о всестороннем, полном и объективном расследовании".

Под этим углом зрения следует рассмотреть прежде всего предварительное следствие по этому делу, которое с точки зрения его процессуальной характеристики вызывает весьма серьезные упреки.

Если попытаться в общем виде сформулировать основной дефект предварительного следствия по настоящему делу, то это его ярко выраженная тенденциозность и стремление искусственно гипертрофировать масштаб и значение этого дела.

Это видно во всем: и в стремлении любыми путями расширить круг должностных лиц, прикосновенных якобы к преступлению, и в искусственном увеличении количества якобы "криминальных"

355

эпизодов, и в гипертрофированном подсчете похищенных сумм, и в явно тенденциозном решении вопросов юридической квалификации действий обвиняемых и т.д., и т.п.

Стремление к гиперболизации, к искусственному преувеличению роли и значения этого дела получило свое выражение не только в процессуальном и правовом аспектах, но и в самой как бы методике его "технического" исполнения и конструирования. Так, благодаря многочисленным, неоднократным повторениям и многократным перечислениям номеров приходно-расходных документов применительно к каждой процессуальной фигуре, в том числе и к тем, к кому эта документация не имеет никакого отношения, искусственно создается видимость "документированности" и "значительности" обвинения, иллюзия его "мотивированности" и "масштабности". Именно таким методом было "создано" обвинительное заключение на 160 листах, которое спокойно можно было бы уместить на 30-40 страницах машинописного текста! Однако это, по-видимому, не устраивало следствие, которое расследовало это дело более полутора лет. Формулировались тенденциозные постановления с просьбой о продлении сроков следствия, в них тенденциозно изображался масштаб этого дела, одиозно представлялись факты и обстоятельства, буквально "изобретались" соображения в обоснование необходимости производства дополнительных следственных действий.

Таким вот образом искусственно создавалась иллюзия значительности, сложности и одиозности этого хозяйственного дела, и таким путем получали продление сроков следствия и сроков содержания обвиняемых под стражей - в расчете на то, что "не разберутся", не смогут преодолеть искусственно созданной иллюзии "сложности" и "значительности" дела.

<...> Тенденциозность следствия, правовая и фактическая несостоятельность доводов и соображений, приводимых в процессуальных документах, обусловливают собой необходимость серьезной критической проверки материалов настоящего дела, последовательного и всестороннего осуществления принципа объективности, обеспечения должного уровня правовой культуры при оценке доказательств и принятии решений.

В этой связи я должен высказать свои соображения по поводу речи государственного обвинителя, который счел возможным отстаивать обвинение Шейхона практически в том виде и почти в том объеме, в каком оно было предъявлено ему обвинительным заключением.

Прокурор прошел мимо тех крупных и серьезных недостатков следствия, которые со всей очевидностью были установлены в суде, он не реагировал на серьезные процессуальные нарушения, на неправильное решение важных правовых вопросов. Вместо того чтобы критически рассмотреть результаты следствия, принципиально реагировать на его недостатки и ошибки, самостоятельно и объективно

356

рассмотреть круг вопросов и проблем, имеющих существенное значение по делу, - прокурор пошел по пути безапелляционной защиты всего того, что было создано и нагромождено следствием, по пути "оправдания" следственных ошибок и упущений, по пути полнейшего игнорирования данных судебного разбирательства. В результате сложилось впечатление, что пятимесячный судебный процесс прошел как бы мимо обвинения, что его не было вовсе, что он "не нужен", "не имеет значения", не в состоянии повлиять на исход дела!

Нет необходимости говорить здесь о том, что такая позиция государственного обвинения является принципиально ошибочной и недопустимой, что она противоречит началам законности и принципам прокурорской функции в судебном процессе. Государственное обвинение, коль скоро оно государственное, должно обеспечить принципиальный подход к рассмотрению и оценке материалов судебного дела, оно должно быть построено на закрепленных в законе процессуальных началах всесторонности и объективности, должно соответствовать основополагающим началам государственного обвинения в суде! <...>

Товарищи судьи!

Я закончил анализ эпизодов обвинения Шейхона, попытался показать вам всю искусственность и несостоятельность этого обвинения.

Шейхон оказался в тюрьме по оговору людей, которые откровенно признались в этом, по вине следствия, которое, по-видимому, немало способствовало этому оговору.

Кто серьезно задумался над тем, были ли сколько-нибудь серьезные основания к тому, чтобы арестовывать Шейхона и полтора года содержать его в тюрьме?

Задумался ли кто-нибудь над тем, какие были основания к тому, чтобы устранить от серьезных дел и лишить свободы человека? <...>

Когда я слушал показания Шейхона по нелепым и необоснованным эпизодам его обвинения, тогда я слушал государственное обвинение, которое просит определить ему 15 лет лишения свободы, то испытывал глубокое возмущение тем, как несправедливо и безответственно отнеслись к актуальным вопросам государственного значения. <...>

Неужели неправдоподобные показания на предварительном следствии двух лиц, отказавшихся от своих первоначальных показаний, убедительнее и значительнее всего этого, неужели на клеветническом оговоре может быть построено обвинение крупного руководителя? <...>

Правосудие не может пойти по этому пути!

Должны восторжествовать высокие принципы законности и социальной справедливости, и Шейхон, обвинение которого основано на клеветническом оговоре, должен быть оправдан!

357


1 Публикуется по изд.: Кисеиишский И.М. Судебные речи по уголовным делам. Процессы, защита, законность. М, 1991. С. 201-03, 205-206, 218-219.


Купить BlueTooth гарнитуру

Яндекс цитирования Rambler's Top100
Tikva.Ru © 2006. All Rights Reserved